Лето кончилось, но в Подмосковье атмосфера накаляется. И чем ближе к воде, тем сильнее горит земля под ногами у ее владельцев

ЛЕНА ЗАЕЦ, "Профиль", 6 сентября

Марина Юрьевна Халина вовсе не была польщена, когда ее дачу назвали особняком. То есть в другой раз она, может, и сочла бы это комплиментом, но только не сейчас, когда перед ней стояли два скучного вида дядьки из Министерства природных ресурсов и, утомленные солнцем, бубнили про то, что особняк построен в водоохранной зоне и подлежит сносу

- Да какой же это особняк? - замяукала возмущенная Марина Юрьевна. - Вы, друзья мои, особняков не видели! Вы поезжайте на Новорижское шоссе!

- И до нуворишского шоссе доедем, - хладнокровно отвечали дядьки. - Перед законом у нас все равны.

И спокойно двинулись к следующему дому. Там их уже приветствовала заливистым лаем питбулиха Ищейка. Названа она так была хозяином не за особые заслуги в деле сыска, а в честь популярной телеведущей Елены Ищеевой.

Но что нам эта сука? Вернемся к несчастной Марине Юрьевне.

В начале 90-х годов она ушла из школы, где работала завучем, и решила сотворить свое экономическое чудо-юдо. Марина Юрьевна оставила вялого, безынициативного мужа и наладила скромный, но доходный бизнес. Она искала в Подмосковье цветные металлы. Это не значит, что Марина Юрьевна копала своими белыми ручками землю. Металлы и так везде валялись - то в виде трансформаторов, то в виде катушек с медной проволокой, то в виде бронзовых бюстов Ленина. Район, где открылись особо богатые залежи, в советские времена считался показательным, а потому всякого барахла скопилось достаточно. Активно помогал в поисках Марине Юрьевне сам глава администрации. То ли приятно было ему интеллигентное мяуканье Марины Юрьевны, то ли ее щедрость. Пил он очень много, в соответствии с веяниями эпохи, а потому любую бутылку водки "Зверь" встречал нечеловеческим криком.

Попутно общительная Марина Юрьевна знакомилась со старушками, и те, послушав душеспасительные речи столичной гостьи, за несколько пестрых купюр выносили сор из избы. Тут были и старинные прялки, и свадебные кружева, и огромные самовары, и даже потемневшие иконы. Нам вроде как все равно помирать, рассуждали старушки, а икона доброму человеку послужит. И добрый человек, то есть Марина Юрьевна, умело распоряжалась добром. Металлы шли куда-то в Прибалтику, а иконы еще дальше.

Понятно, что после такого глубокого хождения в народ Марине Юрьевне захотелось здесь остаться. Стать ближе к земле. Ну и к воде, разумеется. С этой затеей Марина Юрьевна и явилась в очередной раз к главе администрации. Тот как раз подремывал в своем кабинете на новом кожаном диване, что подарили ему на днях простые лысые парни в обмен на подпись в каком-то постановлении.

- Друг мой! - ласково разбудила чиновника Марина Юрьевна.

Опустошив подаренные гостьей пол-литра "Распутина", глава администрации подмигнул этикетке и под холодную закуску с горящими трубами и чистыми руками выделил Марине Юрьевне участок для садово-огородной деятельности. Прямо на живописном берегу водохранилища.

Марина Юрьевна быстро-быстро вбила колышки, прихватив на всякий случай еще по полметра с каждой стороны: вдруг пригодятся?

Тут пришли местные жители, стали возмущаться:

- Ты чаво это? Побойся Бога! Тут совхоза нашего земля!

Но Марина Юрьевна с нежной улыбкой обратилась к ним:

- Друзья мои! Разве вы не знаете, как много сделала я для вашего района? И сделаю еще больше! Каждому дам по компьютеру!

Получив в подарок по бутылке "Кремлевской де люкс", мужики почесали в затылках и сказали:

- Ну, это ничаво. Живи, коль хороший человек.

Но вдруг как назло помер от запоя глава администрации.

Тут же явился какой-то инспектор, строго осмотрел границы участка и сообщил, что землеотвод совершен противозаконно. Марина Юрьевна уже было приготовилась к битве за свою малую землю и даже обошла с иконой участок, как на крестном ходу, но как раз на следующий день Ельцин издал указ 1400, который уж и вовсе отменял всякие законы в стране.

И Марину Юрьевну с ее малой землей оставили в покое.

Прошли годы. У Марины Юрьевны сменилось много бизнесов, а рядом появилось много соседей. Не все из них были так же интеллигентны, как наша героиня. Некоторые прихватывали по пять лишних соток вопреки предписанному. Впрочем, даже ворованные сотки освящали, как и положено, чтоб уж Всевышний точно знал, что тут у кого. И не допускал передела собственности.

Да, двухэтажный деревянный дом Марины Юрьевны не шел ни в какое сравнение с соседними. Впрочем, все это была типовая архитектура середины 90-х: кирпич красный, забор ужасный.

И вот однажды вечером на берегу появился молодой человек. Почему-то он сразу направился к Марине Юрьевне, которая как раз лежала в гамаке среди цветов и перечитывала бухгалтерский отчет. Представился молодой человек Владиславом. Был он приятной наружности и хороших манер.

- Какой райский у вас уголок! - восхитился Владислав. - Какие пионы! Какие лилии! Какие розы! А нельзя ли, уважаемая Марина Юрьевна, приобрести ваш участок?

- Друг мой, - удивилась Марина Юрьевна. - А откуда вы знаете, как меня зовут?

Владислав загадочно улыбнулся и повторил просьбу насчет участка.

- Да зачем же вам мой? - спросила Марина Юрьевна. - Кругом так много земли.

- У вас открывается прекрасный вид на водохранилище. А вид воды так успокаивает.

И обаятельный Владислав тут же назвал цену этого покоя. Сумма Марине Юрьевне понравилась. Но она мудро отказалась от сделки.

С тех пор обходительный Владислав стал появляться здесь каждые полгода. Машина с каждым разом у него становилась все шикарнее, а манеры, к огорчению щепетильной Марины Юрьевны, все развязнее:

- Ну что, Марин? Орхидеи еще не зацвели? Не надумали еще продавать, а?

Правда, и цену всякий раз Владислав называл все более соблазнительную. Но Марина Юрьевна была тверда. Во-первых, ей самой здесь нравилось. Во-вторых, она знала, что еще спустя год цена шести соток тут сравняется с ценой шестисотого. И в-третьих, она собиралась баллотироваться в областную Думу от молодой и деятельной партии СПС.

Первый гром над поселком у водохранилища прогремел несколько лет назад. Тогда тоже заговорили про природоохранную зону. Но сосед Марины Юрьевны отмахнулся:

- Не дрейфь! Кто что хапнул - тот с этим и останется. С нами Бог.

Приезжал и Владислав с двумя охранниками. Помахал Марине Юрьевне рукой из-за забора:

- Какой же у вас вид!

И уехал. С тех пор Марина Юрьевна Владислава не видела. Видимо, понял, что не добиться ему земельной реформы.

Теперь же, читая на протяжении лета газеты и глядя новости, Марина Юрьевна испытывала тревогу, как перед визитом налоговой инспекции. Вот припугнули Пугачеву: снесем особняк! Вот ударили током Чубайса: ликвидируем поселок РАО ЕЭС!

"Может, лучше было продать? - страдала Марина Юрьевна. - Деньги предлагали колоссальные. До старости бы хватило. Раз они Пугачеву не жалеют, со мной и вовсе..."

И пришли не к Пугачевой, а как раз к Марине Юрьевне. У Марины Юрьевны не было денег нанимать адвоката Падву, как у других пострадавших от Минприроды. Партия СПС тоже была тут полезна не более чем гладиолусы на клумбе перед домом.

- И что? - жаловалась она соседу с собакой Ищейкой. - Мой домик мешает водохранилищу? Ну скажите, друг мой? Чем я хуже Пугачевой?

Сосед показывал на полукруглое окно своей мансарды и уверенно отвечал:

- У меня там пулеметное гнездо оборудовано. Придут - буду отстреливаться, как Киркоров!

Это милитаристское заявление рассмешило Марину Юрьевну. Она ласково потрепала Ищейку и тут же приняла единственно правильное решение - быстро-быстро продать свою малую землю. Если не жалеют Чубайса, то ей и подавно рассчитывать не на что. Пулемет ей никто не даст.

Она брела домой и обдумывала цифру, которую объявит потенциальному покупателю. У своего забора Марина Юрьевна вдруг увидела шикарный черный автомобиль с мигалкой. Номер был чуть ли не правительственный.

Затемненное заднее стекло опустилось, и в бархатном сумраке салона Марина Юрьевна разглядела лицо Владислава.

"Вот это удача!" - подумала Марина Юрьевна.

Владислав молча смотрел на нее.

- Здравствуйте, - как можно более нежно пропела Марина Юрьевна. - Вы ведь, кажется, любите цветы? Хотите взглянуть на мои астры?

Владислав отвернулся и зевнул. Марина Юрьевна подошла ближе:

- У меня в доме есть несколько старинных икон. Одна, по-моему, чудотворная.

- Так помолись ей! - гнусно усмехнулся Владислав. - Пока бульдозер чудить не начал!

- В чем дело? Почему вы так разговариваете? - Марина Юрьевна даже покраснела.

- Потому что снесут хибару твою вместе с астрами!

Марина Юрьевна не удержалась и буквально просунула голову в салон:

- Но вы же не Минприроды, чтобы тут...

- Нет! - засмеялся Владислав, рассыпав по сиденью какой-то белый порошок. - Я не Минприроды! Я круче! Я новая политическая элита. И теперь эту зону я получу за копейки!

- Какую зону?

- Водоохранную!

- Да на каком основании, мой друг?

- Не друг ты мне! А ты, и твой сосед, и прочий сброд будут закрывать мне вид на воду. У меня очень нервная работа. А вид воды так успокаивает...

Владислав прикрыл глаза и откинулся на спинку сиденья. Стекло дверцы вдруг стало подниматься, и Марина Юрьевна едва успела спасти свою шею от этой гильотины.